Тяжёлые дети

Тяжёлые дети.

ДЦП, синдром Дауна, СМА, разные формы аутизма, эпилепсия, рак, нейроотличность, ОКР, психиатрия, последствия травм, заболеваний и интоксикаций, и многое многое другое. Кто-то ходит на носочках, кто-то крошит себе зубы в припадках. Кто-то переживает из-за немного кривой спины, а кому-то нужно наконец-то умереть.
Иногда, к нам приносят и кладут что-то даже не очень похожее на ребёнка. Что-то.
Бывают дети постарше. Бывают подростки. Абсолютно разные. Здоровые и больные, травмированные и просто повреждённые. Выгоревшие и убитые. Изнасилованные и растлённые. Погасшие и депрессивные. Живущие свою жизнь или мимо неё. Рожденные, и не до конца. Зачатые, и нет.

Многое вылечить нельзя. У человека не отрастёт новая нога, даже если мы будем очень стараться. Сильные повреждения в ДНК не склеятся обратно, хромосомы не пересоберутся. Поэтому во всех случаях, мы работаем, прежде всего, с целостностью ребёнка, создавая условия для его организма, в которых он сможет сам расставить приоритеты для собственного лечения исходя из имеющегося ресурса и только ему одному известных параметров. И из этого состояния необходимых условий для организма мы дальше можем работать более прицельно, если, конечно, после остаётся с чем работать, ведь в созданных комфортных условиях организм способен развернуть внутри себя очень сильную терапию, и эти ремонтные работы, по сути, не имеют каких-то явных ограничений ни по силе, ни по срокам, ведь активированная система самоисцеления, по сути, вырастила этот организм из клетки, почти что из ничего, а значит, из благоприятных условий способна на очень многое. Но, конечно, не на всё. Хотя, никто не знает пределов. И это, в основном, называется то самое «чудо».

Работа с целостной системой человека, то есть, создание условий, вообще единственно возможная с любой точки зрения. Сначала появляются условия, и уже потом из них что-то вырастает. При сбитой работе ЦНС, к примеру, невозможно выправить ничего другого, потому что «нет сырья и кадров». Не откуда брать ресурс, не откуда брать информацию, не откуда запускать процесс лечения. Поэтому, приведение в порядок ЦНС - первый этап создания условий для лечения. И если даже мы ещё не работаем напрямую с проблемой, то маленькому (или большому) пациенту уже становится лучше. Явным образом (он может заметить) или нет, это уже не столь важно, потому что речь здесь идёт первым делом о создании условий, а не все могут заметить изменения. Но, что системе становится лучше и свободнее, это без всяких сомнений.

У ребёнка в целостность его системы входят его родители.
Его мама, прежде всего. И, как следствие, взаимоотношения в семье, внутренне-семейный комфорт, атмосфера.
Мама сильно больного ребёнка всегда конченая чуть более, чем полностью. Именно поэтому просто необходимо лечить и приводить в порядок маму больного ребёнка вместе с этим самым ребёнком, потому что она является неотъемлемой существенной частью целостности системы ребёнка. И если лечить ребёнка в отрыве от совершенно убитой за всё это время ухаживаний и заботы с полным, как правило, отказом от собственной жизни, мамы, то состояние мамы очень быстро перетянет на себя свежевыправленную часть системы ребёнка, затянув целостность условий ребёнка и матери в инерцию своего винта.
Сколько раз мне приходилось это объяснять сотням людей, которые записывали к Евгении (и бывало что ко мне) своих совершенно убитых детей, жертвуя собой в контексте «у нас очень мало денег», или «ну я обойдусь», или «да я вроде в порядке». Нет, вы не обойдётесь. Нет, вы не в порядке. Вы не можете быть в порядке, если вы живёте в непрекращающемся стрессе. Ваш ребёнок-аутист невменяемый, орёт, с ним ноль коммуникации, вы мечтаете чтобы все уже умерли включая вас, потому что ни жизни, ни просвета. Вы являетесь частью целостности своего ребёнка и без вашего комфорта, комфорт ребёнка невозможен. А значит, и успокоить целостность приведя её к нейтральности, то есть, создать все необходимые условия для внутренней и внешней терапии не получится.
Нет денег - ищите. Некого взять с собой в помощь - ищите. Ищите любые варианты решения проблемы, лишь бы решение привело вас на ту же кушетку к Евгении, куда и вашего ребёнка. Потому что это важное. Потому что это целое.

И примерно столько же раз я слышал после: «Валерий, большое спасибо, что всё мне объяснили и просто заставили меня тоже лечь лечиться. Мне самой стало в сотню раз легче всё это переносить, находиться рядом с моим ребёнком, принимать это. Я стала больше смотреть в сторону своей жизни, понимая теперь, что отказываться от неё я не имею никакого права, потому что мой комфорт, это комфорт моего ребёнка, а значит, моя жизнь должна быть моей, и в ней должны быть все те вещи, которые я люблю и которые меня интересуют, чем бы это ни было. Наша система как-будто сбалансировалась и синхронизировалась, и я почувствовала с ним это целое, где моё и его одинаково важное, требующее уважения. И что комфорт в таком случае достижим только на уровне синхронизации от удовлетворения в своих жизнях, а не в концентрации на болезни, ухаживании, отказа от своей жизни, жертвенности и бесконечного сострадания уже за гранью созависимости. Я знаю, что мой ребёнок не станет новым. Но теперь в этом во всём мы можем намного более полноценно жить. Из комфортных условий».
И я такой: «Ой, да пожалуйста, чо».